На днях Государственный комитет национальной безопасности Кыргызстана вызвал на допрос к следователю по особо важным делам в качестве свидетеля главного редактора газеты «Дело №...» Светлану Красильникову и автора некоторых статей. В издании отмечают: «С удивлением узнали, что договор на подготовку и публикацию серии информационных и аналитических статей, заключенный с ЗАО «Альфа Телеком» (MegaCom), может стать предметом расследования чекистов». За день до этого в ГКНБ также был вызван пресс-секретарь Духовного управления мусульман Максат Мамбеталиев. Чекисты, требующие его явки, так и не пояснили, в связи с чем было необходимо его присутствие. Только после вмешательства адвокатов пресс-секретаря и юристов ДУМК сотрудники ГКНБ, кстати, не приславшие повестку, прекратили давление.
Ранее ГКНБ также направлял запрос в редакцию газеты «Вечерний Бишкек», потребовав предоставить исчерпывающую информацию о двух журналистах, включая данные об их зарплате и премиальных. В свою очередь ведомство пояснило следующее: «Действительно, нашими сотрудниками на имя главного редактора газеты был направлен запрос о подтверждении места работы двух журналистов редакции, связанный с рассмотрением заявления гражданина КР Д.Кыдырмышева, согласно Закону «О порядке рассмотрения обращений граждан». Надеемся, что данный вопрос будет воспринят с пониманием в журналистской среде».
ИА «24.kg» решило узнать у своих респондентов, стоит ли СМИ относиться с пониманием к методам работы ГКНБ.
Дина Маслова, главный редактор интернет-издания «Вечерний Бишкек»:
- Частично. Меня не совсем устраивают двойные стандарты ведомства, ибо отношение к статьям на межнациональную тему в зависимости от языка публикации - разное. В 2010 году, когда службу возглавлял Кенешбек Дуйшебаев, там болезненно воспринимали, когда слово предоставлялось лидерам узбекской диаспоры. Чекисты даже просили не писать на эту тему. При этом опросы показали: наше издание было признано толерантным и деликатным в освещении конфликта.
Надо отметить, что с приходом на должность нового руководителя ГКНБ - Шамиля Атаханова - тон смягчился. Тем не менее сотрудники ведомства обратились в «ВБ» с вопросами, носящими частный характер. Не совсем устраивает, что на журналистов оказывается психологическое давление в период скандалов. В частности, вокруг компании МеgаCom и во время июньских событий. Представителям СМИ было бы полезно знать, что вправе делать чекисты. Иначе под эгидой нацбезопасности можно и лишнее позволить.
Улукбек Бабакулов, главный редактор «МК-Азия»:
- Если контора, которая должна заниматься нацбезопасностью, вмешивается в дела изданий, редакторов, журналистов, то она называется тайной жандармерией. На фоне всеобщей деградации общества идет деградация и госслужб, в частности ГКНБ. У руля находится не кадровый чекист. Чего от него можно требовать? На работу принимаются люди со стороны, которые трудятся, как умеют.
Дмитрий Орлов, гендиректор аналитического центра «Стратегия Восток - Запад»:
- Насколько я разбираюсь в законодательстве, должны быть веские причины, чтобы органы нацбезопасности интересовались работой журналистов. Есть ощущение, что чекисты разучились работать. Такие вещи делаются тонко. Методов много. Зачем делать запрос? Прежде такого не было. Было принято считать, что чекисты все про всех знают. Оказывается, нет. К примеру, при Акаеве, если сотрудник спецслужбы хотел что-то узнать, он приглашал журналиста на нейтральную территорию. И за чашечкой кофе задавал свои вопросы. Речь не идет о вербовке, это цивилизованный подход. Зачем ломать дрова, если их можно колоть?
Шамарал Майчиев, медиа-эксперт:
- Каждый должен заниматься своим делом в рамках своей компетенции. Будь то журналист или чекист. Если кто-то превысил свои полномочия, то должен нести ответственность. Одно дело, если сотрудник ГКНБ получает информацию в рамках проведения расследования, другое - для достижения собственных интересов.
Лейла Саралаева, корреспондент:
- Недавно я брала интервью у председателя Антикоррупционной службы. Возникла доверительная атмосфера, и он спросил меня о размере моих гонораров. В контексте беседы это было дружелюбно. Но когда я увидела интерес к зарплатам моих коллег, напряглась. А вообще я бы тоже не прочь узнать о размере оклада и премиях сотрудников спецслужб. О том, на каких машинах они ездят, в каких квартирах живут.
Дмитрий Ложников, шеф-редактор «5-го канала»:
- СМИ стоит относиться с пониманием к запросам ГКНБ, если те четко объясняют, для чего это делается, если публично озвучивают свои намерения, чтобы редакторы знали в качестве кого вызывают журналистов. Среди моих коллег нынешняя ситуация вызывает тревогу. И реагировать на это нужно. Каждый орган должен заниматься своим делом.
Мирослав Ниязов, эксперт:
- Если в рамках уголовного дела проводится расследование, а журналист является свидетелем, он должен выполнить требование закона. Граждане должны проявлять законопослушание. У каждого органа есть своя сфера деятельности. Острие ГКНБ направлено на внешние угрозы, которые могут нанести ущерб интересам государства. Что значит «с пониманием относиться» к работе ведомства? Они выполняют свой долг и в рамках закона могут получать информацию.
Александр Лейтин, председатель Общественного наблюдательного совета при МВД КР:
- СМИ должны быть свободны. Журналисты не должны плясать под чужую дудку. Как понимать запросы? Как просьбу о молчании? Я поддерживаю тех, кто объективно критикует. Давление на прессу быть не должно. Она высказывает мнение других людей. Нужно собрать круглый стол с участием сотрудников спецслужб и СМИ и обсуждать интересующие вопросы. Если журналисты ошибаются, нужно предоставить точную информацию, и они дадут опровержение. Не нужно устраивать охоту на ведьм.
Александр Кулинский, медиа-эксперт:
- Важно понять, с какой целью обращаются сотрудники ГКНБ. Если это происходит официально в соответствии с требованиями законодательства, допрос производится в присутствии адвоката и соблюдаются все нормы, я не против. Потому что должно быть взаимодействие с силовыми структурами. Это обязанность всех граждан.
RSS
